![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bouzygesНасколько я понимаю, лучшая монография по Ионии из тех, что есть сейчас. Сравнительно новая, въедливая работа с источниками - текстовыми и археологическими (хотя раскопано относительно мало, разграблено много, а опубликовано не все). Более "объективка", чем "культура".
Иония - часть западного края Малой Азии, "от Герма до Меандра". Милет, Эфес, Приена, Колофон и другие города Панионийского союза (под защитой Посейдона Геликонского), включавшего также крайне важные Хиос и Самос. Севернее - Эолида (включая Троаду и большой остров Лесбос), а южнее - дорийские города на Родосе и материке, о которых в книге упоминается мало. Греческое название для Малой Азии - Асия. Вокруг, естественно, анатолийские племена и царства - карийцы, лелеги, ликийцы, царства хеттов, позже - фригийцев, ближе - лидийцев, набеги киммерийцев. Наконец, пришествие персов, завоевание ими Ионии в 546 г. до н.э.
По археологическим данным автор постулирует континуитет присутствия в Малой Азии критян, ахейцев, ионийцев. Милет, Хиос, Самос и другие - мирная критская колонизация (возможно, из-за древней этнической близости с местными), расширяющаяся, менее мирная ахейская, еще расширяющаяся, совсем немирная ионийская XI века. Претендовали на территорию в 30-40 километров от берега с плодородными равнинами у каждого города. Экономический приоритет - сельское хозяйство, более земледелие, чем скотоводство, но не без морской торговли, конечно, и не без торговых экспедиций за металлами вглубь материка.
А торговали они, начиная с ахейцев, рабами (и, видимо, керамикой). Ахейцы торговали (как и финикийцы), позже Хиос торговал, в Эфесе был большой рабский рынок. Что-то другое - видимо, уже с VIII века, в архаику, пошли милетские тонкорунные овцы, хиосское вино, колофонские лошади и др.
Очень древние, очень административно влиятельные еще до эллинистических времен коллегии жрецов - мольпы в Милете, куреты в Эфесе. Видимо, привезены с Крита (но по Страбону - потомки дактилей из Троады). Любопытные люди. На месте святилища анатолийской Матери богов в Эфесе (=Апаса, столица второстепенного хеттского царства Арцава) основан культ Артемиды, но коллегия куретов древнее его. Тут и оргиастичность, и колдовство, и пророчества, и секреты обработки железа, и радение единомыслия, взаимной дружбы и благоустроенного общежития. Наставники.
Против мнения Гиндина и Цымбурского автору продвинувшаяся во все стороны ахейская культура не кажется доминирующей, преобладает на западном побережье Малой Азии в то время анатолийская культура. Взаимосближение ахейской и хетто-лувийской культур.
Аххияву автор помещает в Малой Азии, Милет/Милаванда - столица или один из основных городов. Известные письма хеттских царей дают основание говорить о войнах Аххиявы с хеттами за Вилусу/Илион, но Троянская война не находится в фокусе книги.
Ближе к нему - разрушение ахейских стен Милета хеттами в XIV веке, восстановление и снова разрушение двести лет спустя. И вновь подъем, уже ионийский. А как бы для контраста - упоминание ахейского пентаполиса на юге Ханаана, там уже через 100-150 лет утратили ахейские корни культуры, поклонялись семитским богам, говорили на местном языке, пользовались семитской письменностью, в итоге ассимилировались в семитской среде.
Автор не хотел бы называть XI-IX века в Ионии темными, а называет их гомеровским временем. Не было это для ионийцев время застоя, хояйственного и культурного упадка, изоляции от внешнего мира. Ионийская миграция, войны с местными - нелегкие, бедные времена, периферия, людей мало, местные порабощаются/изгоняются тяжело, но связи с Ближним Востоком и с Балканской Грецией сохранились, несколько позже усилились.
Гомера автор считает ионийцем, жил в VIII веке. В поэмах - конгломерат разного, древнего и недавнего. Так, в феакийской Схерии (в оригинале не называемой островом) автор видит черты ионийской Смирны, только дворец Алкиноя негреческий, похож на ассирийский.
Наконец, то, что мне показалось главным. Расцвет Ионии - в архаические времена, VIII-VI века, эти времена - аристократические. Басилеи, советы, жрецы, после тираны, мудрецы-советники-философы-поэты - все аристократы, или хоть около того. И при этом нет противопоставления греков и варваров - оно возникло только в греко-персидские войны. Мало того, что облик аристократии выраженно смешанный, полувосточный, иногда изнеженный, подражающий лидийским и другим аристократам Востока, породняющийся с ними - еще и негреческие филы, негреческое зависимое население на земле, негреческие рабы, храмовые хозяйства, похожие на восточные, синкретические культы (например, Аполлона Филесия, Артемиды Эфесской).
И это как раз место и время становления философии, и автор подчеркивает связь ионийских философов с местными властителями. Фалес из Милета, выдающийся международный политик, отдает первенство мудрейшего из греков Бианту из Приены. Биант, легендарный судебный оратор: "Большинство людей - дурны. О богах - говори, что они существуют". Анаксимандр еще потом о вещах добавит от себя.
Одни пишут о греческом чуде - агональный дух. Другие - появление личности. Но вот книга об Ионии - и мало упоминаний агонального, и нет дихотомии греков и варваров. Есть аристократия и философия. Появление личности - "греческое" ли это дело? Не "аристократическое" ли, например? Может быть, нужно разделять вопрос о появлении личности и вопрос об ее поддержании, культивировании, сохранении, почете? Если так, социальные, институциональные ли эти вопросы? Если институты, в каком обществе и как они были созданы, прижились или не прижились? Может ли ставиться вопрос о насыщении общества личностями, о противостоянии общества этому? Друг Фалеса тиран Фрасибул, говорят, обрывал и выбрасывал возвышающиеся над другими колосья...
В общем, хорошая книга.
Иония - часть западного края Малой Азии, "от Герма до Меандра". Милет, Эфес, Приена, Колофон и другие города Панионийского союза (под защитой Посейдона Геликонского), включавшего также крайне важные Хиос и Самос. Севернее - Эолида (включая Троаду и большой остров Лесбос), а южнее - дорийские города на Родосе и материке, о которых в книге упоминается мало. Греческое название для Малой Азии - Асия. Вокруг, естественно, анатолийские племена и царства - карийцы, лелеги, ликийцы, царства хеттов, позже - фригийцев, ближе - лидийцев, набеги киммерийцев. Наконец, пришествие персов, завоевание ими Ионии в 546 г. до н.э.
По археологическим данным автор постулирует континуитет присутствия в Малой Азии критян, ахейцев, ионийцев. Милет, Хиос, Самос и другие - мирная критская колонизация (возможно, из-за древней этнической близости с местными), расширяющаяся, менее мирная ахейская, еще расширяющаяся, совсем немирная ионийская XI века. Претендовали на территорию в 30-40 километров от берега с плодородными равнинами у каждого города. Экономический приоритет - сельское хозяйство, более земледелие, чем скотоводство, но не без морской торговли, конечно, и не без торговых экспедиций за металлами вглубь материка.
А торговали они, начиная с ахейцев, рабами (и, видимо, керамикой). Ахейцы торговали (как и финикийцы), позже Хиос торговал, в Эфесе был большой рабский рынок. Что-то другое - видимо, уже с VIII века, в архаику, пошли милетские тонкорунные овцы, хиосское вино, колофонские лошади и др.
Очень древние, очень административно влиятельные еще до эллинистических времен коллегии жрецов - мольпы в Милете, куреты в Эфесе. Видимо, привезены с Крита (но по Страбону - потомки дактилей из Троады). Любопытные люди. На месте святилища анатолийской Матери богов в Эфесе (=Апаса, столица второстепенного хеттского царства Арцава) основан культ Артемиды, но коллегия куретов древнее его. Тут и оргиастичность, и колдовство, и пророчества, и секреты обработки железа, и радение единомыслия, взаимной дружбы и благоустроенного общежития. Наставники.
Против мнения Гиндина и Цымбурского автору продвинувшаяся во все стороны ахейская культура не кажется доминирующей, преобладает на западном побережье Малой Азии в то время анатолийская культура. Взаимосближение ахейской и хетто-лувийской культур.
Аххияву автор помещает в Малой Азии, Милет/Милаванда - столица или один из основных городов. Известные письма хеттских царей дают основание говорить о войнах Аххиявы с хеттами за Вилусу/Илион, но Троянская война не находится в фокусе книги.
Ближе к нему - разрушение ахейских стен Милета хеттами в XIV веке, восстановление и снова разрушение двести лет спустя. И вновь подъем, уже ионийский. А как бы для контраста - упоминание ахейского пентаполиса на юге Ханаана, там уже через 100-150 лет утратили ахейские корни культуры, поклонялись семитским богам, говорили на местном языке, пользовались семитской письменностью, в итоге ассимилировались в семитской среде.
Автор не хотел бы называть XI-IX века в Ионии темными, а называет их гомеровским временем. Не было это для ионийцев время застоя, хояйственного и культурного упадка, изоляции от внешнего мира. Ионийская миграция, войны с местными - нелегкие, бедные времена, периферия, людей мало, местные порабощаются/изгоняются тяжело, но связи с Ближним Востоком и с Балканской Грецией сохранились, несколько позже усилились.
Гомера автор считает ионийцем, жил в VIII веке. В поэмах - конгломерат разного, древнего и недавнего. Так, в феакийской Схерии (в оригинале не называемой островом) автор видит черты ионийской Смирны, только дворец Алкиноя негреческий, похож на ассирийский.
Наконец, то, что мне показалось главным. Расцвет Ионии - в архаические времена, VIII-VI века, эти времена - аристократические. Басилеи, советы, жрецы, после тираны, мудрецы-советники-философы-поэты - все аристократы, или хоть около того. И при этом нет противопоставления греков и варваров - оно возникло только в греко-персидские войны. Мало того, что облик аристократии выраженно смешанный, полувосточный, иногда изнеженный, подражающий лидийским и другим аристократам Востока, породняющийся с ними - еще и негреческие филы, негреческое зависимое население на земле, негреческие рабы, храмовые хозяйства, похожие на восточные, синкретические культы (например, Аполлона Филесия, Артемиды Эфесской).
И это как раз место и время становления философии, и автор подчеркивает связь ионийских философов с местными властителями. Фалес из Милета, выдающийся международный политик, отдает первенство мудрейшего из греков Бианту из Приены. Биант, легендарный судебный оратор: "Большинство людей - дурны. О богах - говори, что они существуют". Анаксимандр еще потом о вещах добавит от себя.
Одни пишут о греческом чуде - агональный дух. Другие - появление личности. Но вот книга об Ионии - и мало упоминаний агонального, и нет дихотомии греков и варваров. Есть аристократия и философия. Появление личности - "греческое" ли это дело? Не "аристократическое" ли, например? Может быть, нужно разделять вопрос о появлении личности и вопрос об ее поддержании, культивировании, сохранении, почете? Если так, социальные, институциональные ли эти вопросы? Если институты, в каком обществе и как они были созданы, прижились или не прижились? Может ли ставиться вопрос о насыщении общества личностями, о противостоянии общества этому? Друг Фалеса тиран Фрасибул, говорят, обрывал и выбрасывал возвышающиеся над другими колосья...
В общем, хорошая книга.