Пересмотр. Когда-то я бросил фильм на первых пятнадцати минутах, но оказалось, что они только порог, а я об него споткнулся. Вроде бы Соррентино хотел снять кино о красоте, внезапно касающейся бренного и вульгарного (жизни римской богемы) - но касания в фильме будто не происходит, красота мерцает здесь и там где-то рядом, а бренное занимается своими делами, то есть распадается. Красоты там много.