(no subject)

Watermark Бродского написан в некотором смысле дилетантом. Дело даже не в том, что вода сомнительный образ времени. Венеция, очевидно, берег, а не лагуна, берег par excellence, и человеческое время живёт на твердой земле, укреплённой ли миллионом свай и тамарисков или нет. Murazzi Пеллестрины стоят между зеркал моря и лагуны, крестьяне Мадзорбы ещё выращивают артишоки и виноград, а из церквей города прекрасней те, что мало затронуты морской - торговой - спесью. Контраст необходим и производен, но вода, так вышло, не слишком чиста.

Словом, это римские острова, и классицистическое здесь ближе новейшего романтического.